Тема недели: трагедия «Дальнего Востока»

Владивосток, 10 апреля – ОТВ. Сто тридцать два члена экипажа. Шестьдесят три спасены. Пятьдесят семь погибли.
Двенадцать пропали без вести. Спасательная операция длилась восемь дней. Всего к
поисково-спасательным работам привлечено более двух тысяч  человек, свыше
девяноста единиц техники.

Трое спасенных моряков, наконец, на
материке. Вертолет МЧС доставил их в магаданскую больницу. Теперь их жизни уже
ничего не угрожает. Но еще сутки назад они прощались с жизнью.

Дмитрий
Дмитриевич, пострадавший (Владивосток):

– Кто-то сразу
сообразил, кто-то до последнего думал, что все нормально, еще не понял.
Получается, кренились мы минут тридцать – сорок, а утонуло судно за минуту
всего.

Все остальные члены погибшего «Дальнего Востока» –
 на судах «Андромеда» и «Справедливый». Но пока главные свидетели трагедии в
пути –  остальные строят версии, почему затонул «Дальний Восток». Варианты
различные: айсберг, нестабильное ледовое поле и даже столкновение с подводной
лодкой.

В первые дни версия столкновения с льдиной –  самая популярная.
Судно «Дальний Восток» –  крупный траулер, в отличном техническом состоянии.
Даже родственники моряков говорят: их близкие не отправились бы на ржавой
посудине. Капризный характер Охотского моря многим хорошо известен.

Алексей Симонов, родственник члена экипажа:

– Из наших разговоров с
друзьями, которые там работают, с вероятностью до 95% судно столкнулось со
льдиной и затонуло в течение пятнадцати минут.

Версии столкновения со
льдиной придерживаются и профессионалы. Тогда казалось, что это –  единственно
верная.

Петр Осичанский, президент Дальневосточной ассоциации морских
капитанов:

– Я больше всего придерживаюсь версии, учитывая обстоятельства
плавания, весенний сезон и место, где это было, т.е.  район Охотского моря, что
произошло столкновение со льдиной.

Но позже появляется опровержение
погодной версии. В районе промысла в этот момент – только мелкая ледяная шуга,
она не могла стать причиной катастрофы.

Константин Осипов, пресс-секретарь
ТИНРО-центра:

–  Льда в районе
намного меньше, чем на среднем многолетнем уровне. На севере Охотского моря
ледовая обстановка не препятствует промыслу в северно-охотоморской
подзоне.

Другая версия:
халатность командного состава, бардак на судне и в компании судовладельца. 3
января траулер вышел из порта Владивосток. На его борту – шестьдесят восемь
человек. Судно рассчитано на девяносто четыре. Никаких нарушений не выявлено.

После трагедии делом заинтересовался Следственный комитет. Становится
известно, на судне было сто тридцать два человека. Среди них –  почти половина
иностранных рабочих: граждане Латвии, Мьянмы, Вануату и Украины. Скорее всего,
эти гастарбайтеры работали здесь почти бесплатно.

Николай Задоянов,
председатель российского профсоюза моряков:

– Это – рабы, бесправные люди.
Законодательство Бирмы, где оно? За тысячи миль. Куда идти рыбаку? Скажем,
компания бросила судно в Южной Корее. Да страшно подумать, что будет с этим
несчастным бирманцем, который двух слов связать на английском не может.

Через три дня после трагедии на Сахалин прибывают суда «Андромеда» и
«Справедливый». К спасенным морякам –  масса вопросов, и не только у медиков. От
прессы их старательно берегут. То ли за психическое состояние беспокоятся, то ли
боятся, чтобы не сказали лишнего.

Анатолий Васильченко, моряк-обработчик
БАМТ «Дальний Восток»:

– В первую очередь побежал в каюту, документы взял и
быстрее на выход. Гидрокостюм лежал не там, где надо. Тоже искал долго.

Уже в больнице моряков встречают полицейские. Следственный комитет
возбуждает уголовное дело по статье «Нарушение правил безопасности движения и
эксплуатации морского транспорта, повлекшее смерть», а также выдвигает
официальную версию трагедии.

Траулер не затонул в одно мгновение. Его
медленно топили в течение сорока минут. В трюмах полно рыбы, плюс дует сильный
ветер, о борт бьет волна. Крен становится все больше. Балластные цистерны пусты
и не могут компенсировать наклон. В это время на корму вытягивают еще один трал
с уловом. А это –  дополнительные восемьдесят – девяносто тонн. Судно встает «в
свечку» и буквально за минуту уходит на дно.

Владимир Маркин,
руководитель управления взаимодействия со СМИ следственного комитета РФ:


Что такое безопасность рыбаков для так называемых «предпринимателей», главной и
единственной целью которых была, есть и остается только прибыль ? Даже сейчас, когда нужно было
покаяться и сделать все возможное для родственников погибших и пострадавших, они
начинают шантажировать и торговаться со следствием.

На месте приписки
траулера, в порту Невельска, в офисе компании – судовладельца и в морском порту
Владивостока следственный комитет проводит обыски. Изъяты документы, наложен
арест на счета и имущество. Задержан заместитель генерального директора,
разыскивается генеральный директор.

О том, почему командир не подал
сигнал бедствия и не объявил об эвакуации –  остается только гадать. Но, скорее
всего, это обычная человеческая трусость. Капитан просто не смог признать, что
его действия оказались неправильными. Не смог признать, что катастрофа
неизбежна.

 Олег Кожемяко, врио губернатора Сахалинской области:

– Я
думаю, что по итогам этой катастрофы будут сделаны определенные выводы и внесены
изменения в правила в сторону еще большего усиления и ответственности
должностных лиц, и регламентов по работе с иностранцами, и тех перегрузов,
которые предположительно были до отправки судна в море.

Спустя неделю
спецборт со спасенными моряками приземлился во Владивостоке. О трагедии
вспоминают с неохотой. Все они спаслись чудом.

Алексей Пономарев, член
экипажа «Дальний Восток»:

– Была волна, моряков затягивало под траулер
волной. Пароход подкидывало, и он опускался на людей. Людей просто убивало
пароходом.

Дмитрий Магомедов, член экипажа:

– Причина – жадность.
Трал за тралом «хватали», уже перегружено все было, и все равно тралили.

Андрей Нервирковец, член экипажа:

– Когда я в костюм забирался,
подумал, что это спасение. В костюме в плот затащили, а там –  вода. Все в воде
сидели, не было сухих.

Трагедия «Дальнего Востока» –  крупнейшая морская
авария последних лет. Она обнажила весь бардак, что творится на судах, ведущих
промысел: азарт и человеческую жадность, бесправность рыбаков и
безответственность руководства. Но, несмотря на все это, приморцы снова готовы
идти в море.

Алексей Гусев, член экипажа:

– В дальнейшем планирую
восстановить морские документы и продолжить работу в море. Это  может случиться
с любым человеком.

Дмитрий Магомедов, член экипажа:

–  Какие планы на
будущее? В море идти в мае. В нормальную компанию.

«Панорама»