Жители барака на Фастовской боятся обрушения потолка в своих квартирах

Владивосток, 26 января – ОТВ. На месте происшествия дежурят скорая помощь и спасатели. Местные
власти бросили людей на произвол судьбы.

В этой квартире живут пенсионеры.
Женщина – инвалид 1 группы, которая уже давно не ходит сама и ее супруг –
ветеран труда. Страшный треск раздается над головами жильцов уже несколько
недель, а сегодня по потолку пошли глубокие трещины. Испугавшись за свою жизнь,
жильцы обратились за помощью к родственникам и соседям, а те, в свою очередь
вызывали спасателей и представителей управляющей компании. Оперативные службы
организовали на месте происшествия дежурство, в отличие от коммунальщиков, у
которых нервы оказались не в пример крепче.

Надежда Владимировна,
родственница жильцов дома:

– Мне вчера позвонил
отец, они здесь живут с мамой – мама инвалид 1 группы, он ветеран труда. Я
приехала, увидела – потолок в каком состоянии. Два дня по крыше кто-то ходил,
потом потолок начал «разъезжаться». Два года назад пришли, сфотографировали и
ушли – все. Мы звонили, ездила я в управляющую компанию – никого и ничего.
Сейчас пришлось вызывать спасателей, потому что реально грозит обрушение
потолка. В случае чего они просто не смогут выскочить оттуда, ничего не смогут
сделать.

Екатерина Алексеевна живет в
соседней квартире и сама пережила подобный ужас два года назад. В ее квартире
обрушился потолок. Женщина еле добилась, чтобы крышу над головой вновь привели в
порядок, а дыры залатали.

Екатерина Алексеевна,
житель дома:

– Два года тому назад
у меня обрушился потолок, писали, говорили, все обещали-обещали и ничего. В
итоге он рухнул. Когда у меня начали его ремонт, соседи просили, и мы просили –
«сделайте уже заодно и им». Нет-нет, не сделали, сейчас аналогичная история. Все
идет по цепочке.

При
этом чиновники категорически отказываются признать 47-й дом аварийным жильем.
Причина одна – расселять людей некуда. На многочисленные письма и жалобы никто
уже не реагирует. При этом каждый день для жильцов этого барака может стать
последним.

«Автопатурль»