Юрий Трутнев: «Мы должны сформировать систему управления Дальнего Востока»

Интервью Ю.Трутнева

Интервью заместителя председателя правительства РФ – полномочного представителя президента РФ в Дальневосточном федеральном округе Юрия Трутнева телеканалу «Россия 24»

– Юрий Петрович, вы только что приехали к нам с заседания Комиссии по ликвидации последствий наводнения в Дальневосточном федеральном округе. Как проходит работа, насколько удалось уже ликвидировать последствия? Вот сейчас, наверное, в осенне-зимний период особо всех волнует, удалось ли всех переселить в новое жильё.

– Сегодня можно говорить о том, что, во-первых, справились со стихией, жители прежде всего справились, бойцы Министерства по чрезвычайным ситуациям. Особенно было много об этом репортажей. Второе, что удалось за это время сделать, – практически полностью, на девяносто девять с десятыми процента, выплачена материальная помощь. Выплачена единовременная материальная помощь и выплачена материальная помощь за ущерб имуществу. Остались единичные случаи, в основном связанные со спорными ситуациями, когда человек, просто, например, не оформил права собственности на дом. Эти случаи пройдут через суд, другого пути нет. Но мы тоже стараемся, чтобы всё это прошло как можно быстрее. Во всяком случае, большая часть этой работы, подавляющая её часть выполнена. Около 171 тыс. человек получили материальную помощь на Дальнем Востоке.

Следующее – это подготовка к строительству жилья. Для того чтобы подготовиться, нам было необходимо обследовать всё жильё на территории Дальнего Востока, которое подверглось наводнению. Это 14 780 домов, они все обследованы. По каждому комиссией, в которую входили сами жильцы, представители муниципалитета, специалисты, вынесено заключение. Сегодня на заседании комиссии я настаивал на том, чтобы все заключения, все официальные итоги обследования были доведены до граждан. К сожалению, это не полностью сделано. Эту работу необходимо сделать, потому что каждый человек должен знать, что же решила комиссия. Можно ли ремонтировать его дом или все-таки его надо строить. Во всяком случае, эта работа тоже завершена. Вот после завершения этой работы у нас есть все возможности приступать к подготовке к строительству и ремонту.

Сегодня все субъекты Российской Федерации (основных пострадавших региона три, вы знаете) готовят площадки для строительства домов. Мы сегодня на комиссии договорились, что до Нового года площадки под строительство всех необходимых для граждан домов будут подготовлены. Что такое подготовленная площадка – это оформленные документы, подведённая инфраструктура. На это сегодня Правительством выделено 4,5 млрд рублей. Деньги уже большей частью в регионах, регионы эту работу уже начали. Параллельно для тех людей, которые хотят купить квартиру на вторичном рынке, не хотят строить новый дом, будут приобретаться такие квартиры. Вот эта, наверное, работа самая большая, но не единственная. Очевидно, что необходимо обеспечить нормальную работу энергетики, инфраструктуры в зимний период. Она тоже, скажем так, подверглась определённым рискам, определённым разрушениям. Восстановить социально значимые проекты. В общем, работы немало. Она идёт в графике, всё выполняется в срок, все необходимые решения принимаются коллегами оперативно.

– А как сейчас живут люди, которые ещё не обеспечены жильём?

Loading...

– Сейчас люди живут в пунктах временного размещения. Это не те пункты временного размещения, которые показывали (палаточные городки, спортивные залы), – это общежития, как правило, общежития техникумов, санаториев.

– То есть они рассчитаны как-то на холодное время?

– Они рассчитаны на нормальное проживание в зимний период. Это тёплые, благоустроенные помещения, они обеспечены питанием, обеспечены медицинской помощью, обеспечены услугами психологов. Мы там постоянно бываем. Это, конечно, не лучшие условия для проживания. Это прежде всего общежития, но что-то другое мы на эту зиму не придумаем. Люди к этому относятся с пониманием. А с весны, как я уже сказал, надо быстро строить.

 В целом хочется поговорить по экономическому развитию Дальнего Востока. Вам такой непростой, хоть и большой регион достался. Темпы роста ВВП очень низкие по сравнению с другими российскими регионами, средняя зарплата, я посмотрела, высокая достаточно, учитывая, что там высокие цены и высокий уровень инфляции, – поэтому, соответственно, тоже отстают по статистике от среднероссийских.

Вы представили недавно новую концепцию развития региона, поднятия его экономики. Вот в чём его основная суть? Конкретно что будете делать? Какие отрасли будете развивать, какие-то, может быть, заводы строить?

– Прежде всего, мы должны сформировать систему управления Дальнего Востока. На сегодняшний день я бы сказал, что его целостной системы развития скорее нет. Есть Министерство развития Дальнего Востока с достаточно урезанными функциями и полномочиями. Есть целый ряд других министерств, которые, в общем, достаточно сложно скоординировать друг с другом.

Мы немножечко по-другому себе представляем систему управления развитием. Мы исходим из того, что, во-первых, Министерство по развитию Дальнего Востока должно быть наделено всеми необходимыми полномочиями. Поскольку и ответственность лежит на нас, на мне и на Министре по развитию Дальнего Востока, прежде всего мы персонально отвечаем за то, чтобы этот процесс пошёл. Извините, в этом случае и инструменты должны быть в руках у нас. Мы не должны просить другие министерства создать особую экономическую зону или разработать Федеральную целевую программу. Мы должны иметь возможность сделать это сами, согласовывая с уважаемыми коллегами, тем не менее главными в процессе развития, уж если спрос с нас, должны быть мы. Это первое.

Второе, во всём мире уже существует, в общем, отработанная модель привлечения инвестиций. Мы не изобретаем ничего нового, но эта модель должна работать на территории Дальнего Востока. Эта модель работает в ряде регионов Российской Федерации. Например, в Калуге она замечательно работает. Вы знаете, там мы проводили заседание Государственного совета. Там около 40 новых предприятий построено за последние несколько лет. Территория просто качественно изменила своё развитие. Есть определённая матрица, определённый набор институтов развития, и их надо просто создать. Они просто сегодня не созданы и не существуют. Дальше, к сожалению, только набора инструментов недостаточно, надо, чтобы этими инструментами правильно пользовались и чтобы эти инструменты были правильно настроены. Очень многое зависит просто от людей. Вот, наверное, неделю назад я смотрел одну таблицу, встречался с одним из инвесторов на территории Дальнего Востока. Он мне принёс таблицу строительно-монтажных работ. Дороже всё. Дороже гравий, песок, кирпич, бетон. То есть то, что везти не надо, то, что делается на месте, на транспортные расходы это не спишешь, тем не менее дороже на 20, 30, 40, 50%. Я задаю вопрос: почему? Они мне говорят: «А вы знаете, все отрасли монополизированы, везде есть свои короли, кирпичные короли, бетонные короли и так далее». Эту монополию надо разрушать. Надо разбираться, почему она существует.

– А как разрушать эту монополию?

– Вы знаете, у нас же органы есть, которые за это отвечают. Например, антимонопольная служба. Если антимонопольная служба не замечает этого… Вот я два месяца занимаюсь этим вопросом и уже вижу эту проблему. Территориальные органы антимонопольной службы почему-то это не видят. Может быть, это не те территориальные органы, может быть, там руководителя надо поменять. Я уже разговаривал с руководством антимонопольной службы. Тут не только антимонопольной службе надо посмотреть, надо посмотреть правоохранительным органам, Генпрокуратуре, как соблюдается 94-й Федеральный закон, почему вдруг у нас монополисты в целом ряде отраслей. Я могу этот список продолжать, там с этим много проблем.

Хочу одно сказать, что помимо создания системы управления, создания институтов развития, если мы не преодолеем монополизм, если не преодолеем коррупцию на Дальнем Востоке, если не снимем административные барьеры, мы не победим. Поэтому всем этим придётся заниматься. При этом мы много в России говорим о ликвидации монополизма, коррупции. Почему я тем не менее надеюсь, что у нас есть шанс победить? Мы не будем заниматься этим по всей территории сразу. Мы будем сопровождать каждый инвестиционный проект. Вот мы сейчас будем привлекать инвесторов на Дальний Восток и будем за каждым инвестиционным проектом следить. Людей назначим специальных. И если они будут спотыкаться, инвесторы, о каких-то конкретных чиновников, мы этих чиновников будем немедленно гнать с государственной службы или с муниципальной. Очень быстро.

– Но ведь все от вас же уже сейчас ждут каких-то кадровых решений. Есть какое-то понимание, какими они будут?

– Вы знаете, кадровых решений у нас и так уже много. И в Министерстве по развитию Дальнего Востока, и в полномочном Представительстве сегодня осталось по 25–30% человек. Не потому, что там совсем плохие люди работали, я никого не хочу ни в чём упрекать. Но те задачи, которые ставил Президент Российской Федерации по развитию Дальнего Востока, не решались. Продолжается отток населения, нет экономического роста. Соответственно, те люди, которые до сегодняшнего дня этими вопросами занимались, не смогли решить эту задачу. Значит, надо привлекать новых людей. И я абсолютно понимаю, что точно такие же требования надо предъявлять и к нам через какое-то количество времени, если мы не справимся с этой задачей. Нужно будет давать совершенно принципиальную оценку.

– Юрий Петрович, а госпрограмма по развитию Дальнего Востока? Сейчас, как я понимаю, она будет пересматриваться и переписываться. Почему возникла такая необходимость? Учитывая то, что она была принята буквального полгода назад, может быть, чуть больше.

– Вы знаете, мы говорили не столько о реформировании государственной программы, сколько о необходимости совершенствовании Федеральной целевой программы. Чуть-чуть разные институты. Государственная программа – это скорее направление развития. Я не могу сказать, что мы очень сильно что-то меняем в направлении развития. Некоторые изменения есть. Изменения с точки зрения акцента на экспорт, изменения с точки зрения совершенствования институтов. Но они не стратегического какого-то характера. Мне кажется, скорее там нужно больше работать, чем сейчас переписывать программу. А что касается Федеральной целевой программы, в том виде, в котором она существует, она просто не отвечает стоящей задаче развития Дальнего Востока. Поэтому я попросил у руководства страны возможность поработать над ней в пределах полугода, доработать. И представить её на рассмотрение Председателю Правительства и Президенту.

– Вот сейчас создание вице-премьерства по Дальневосточному федеральному округу по модели Северо-Кавказского округа выделяет регион в такую особую зону. Но раньше, например, Министерство развития Дальнего Востока выполняло функции представительства в Белом доме интересов региона, а полпредство выполняло функции контролирования губернаторов. Вот сейчас как будут разграничиваться обязанности?

– Вы знаете, я вижу свою основную задачу не в том, чтобы контролировать каждый шаг Министерства по развитию Дальнего Востока. Моя работа будет совместной. Вместе обсуждаем, достаточно, скажем так, детально и открыто, любые темы. Вместе будем двигаться вперёд. Здесь важнее другое. Как-то странно, может быть, это мне говорили, но самое значимое то, что у заместителя Председателя Правительства есть возможность координировать работу других министерств и ведомств, потому что развитие Дальнего Востока – это комплексный процесс. Даже с учётом того, что нас, большое спасибо, поддержал Председатель Правительства по вопросам концентрации полномочий в Министерстве по развитию Дальнего Востока, мы все полномочия не соберём. В любом случае дороги будет строить Минтранс, РЖД будет осуществлять свою часть работы. Энергетикой будет заниматься Минэнерго.

– Тем не менее какую-то часть полномочий заберете у мэра, у Минрегиона?

– Какую-то часть полномочий мы заберём. Ещё раз говорю: точно всегда будет необходимость координации деятельности большого количества федеральных органов исполнительной власти. У заместителя Председателя Правительства эти полномочия есть, я занимаюсь и буду заниматься этим, скажем так, всё более целенаправленно. Это первое. У министра таких полномочий нет и быть не может. Он не более чем коллега. Он может попросить министра – коллегу, но ответ на эту просьбу может идти достаточно долго. Я могу идти с конкретным поручением, с конкретным сроком, и я уж точно этим воспользуюсь. Это первое. Второе – функции полпредства. Здесь очень просто. Я уже говорил, что для того, чтобы на Дальний Восток хотелось ехать жить, для того, чтобы в Дальний Восток хотелось инвестировать, мы должны избавиться от всех отраслевых королей, мы должны избавиться от монополизма, избавиться от препятствий со стороны чиновников. Вот здесь полномочий у министра достаточно немного, а у меня достаточно. И я этим тоже буду пользоваться.

– А вы сами сейчас где живёте?

– Я сейчас живу в самолёте в основном и где-то три дня из недели обычно провожу в Москве, четыре дня – на Дальнем Востоке. Следующая моя поездка – это Хабаровск и Магадан.

Источник: primorsky.ru

‡агрузка...
‡агрузка...